Семь дней в Узбекистане

Идея поехать в Узбекистан носилась в воздухе года три. Носилась она, правда, не вокруг меня, а вокруг моей мамы. Возникнув где-то на периферии, она (идея, не мама) потихоньку проложила свой путь на передовую и в результате долгой осады победила.

Мы решили поехать.

И не только решили, даже нашли время, купили билеты и заказали гостиницы, несмотря на то, что ехать мы немного опасались. Всё-таки восток, как известно, дело тонкое.
Ввиду этого мы очень хотели найти какого-нибудь человека мужеского полу, который бы составил нам компанию и нас бы от тонкостей востока охранял.
С мужчинами, однако, были проблемы. Папа, будучи погребён под горой инструкций, предписаний и других рабочих бумажек, поехать не мог. Я поспрашивала своих знакомых, некоторые из которых об этой идее были уже давно наслышаны. Знакомые говорили “да, было бы интересно”, но ехать не рвались. Мы в итоге смирились с мыслью, что едем мы в одиночестве.
А потом, за неделю до поездки, мы отправились кататься на кораблике с ПУМом, клубом любителей Петербурга. Увиделись с многими давними знакомыми, один из которых, назовём его Андреем, вдруг спросил, не собираюсь ли я куда-нибудь поехать — мол, он бы, может, присоединился. Мы с мамой обрадовались, расписали наши планы и позвали с нами. Через два дня Андрей решился, ещё через два купил билеты, и ещё через три мы вновь встретились в Пулково.
(Забегая вперёд, скажу, что переживали мы зря — спокойно можно было бы ехать и вдвоём без мужчин, с мужчиной, впрочем, действительно проще).
Первые узбекские впечатления настигли нас ещё в аэропорту.
  • Узбеки не стоят в очереди, нет. Они собираются в толпу, которая протискивается сквозь проход с пяти разных направлений. Последний раз я такую толпу видела, когда на первом курсе получала стипендию наличными на руки где-то на физфаке. Хотя надо отметить, что толпа студентов была более плотная и более агрессивная, чем толпа узбеков. Впрочем, возможно, это было потому, что при толпе студентов не стояло пятеро охранников, наблюдающих за порядком.
  • Не видела ни один чемодан — все с сумками, часто вручную обмотанными плёнкой, большинство мужчин. Когда мы летели обратно, из Самарканда, контингент был другой. И женщин больше, и чемоданов, и иностранцев.
  • Мы были единственными русскими на весь самолёт. А вот узбеков оказалось настолько много, что случился овербукинг. Так я впервые полетела бизнес-классом.
  • А ещё нас приняли за геологов, почему — не знаю. Видимо, из русских в Ургенч летают только геологи 🙂
  • Отличная еда на узбекских авиалиниях. Много, вкусно и с национальной символикой. Изумительный сок из алычи — похож на вишнёвый.
  • Порадовал видео-ролик (на трёх языках — английском, русском, узбекском) о безопасности в самолёте, немного отличающийся от привычных европейских. Он поведал о том, что нельзя курить, употреблять наркотики и алкоголь больше разрешённых объёмов (каких — не уточнили). И драться, представляете, тоже нельзя.
  • Фотографировать почему-то было нельзя. Наверное, узбекские самолёты, так же как и аэропорты — это важный стратегический объект. Но пару фоток контрабандой я всё же ухватила.

В аэропорту Ургенча бизнес выпускали, как положено, первыми, но узбеков освободили почти сразу, открыв заднюю дверь. Снаружи — люди в форме, куда идти — непонятно. Пошли за толпой. На КПП для нас, иностранцев, отдельная проходка. Быстро, никаких вопросов. Форумы напугали таможенным шмоном, но нас не спросили ничего — поставили штампы на декларацию, пропустили багаж через ленту и выпустили в город.
Вышли. Темно. Куда, что — снова непонятно. Разглядели забор и толпу людей — таксистов, встречающих. Ворот не видно. Сказали — ждите, откроют. Времени — пять утра.
Открыли. Мы вышли и бодрым шагом убежали от толпы таксистов, предлагающих доехать до города за 25 долларов. Сторговались за 10 с самым настойчивым с жёлтой машиной (вместо других белых). А местных, между прочим, за 5 возят.
Поехали в Хиву. Тёмная дорога, редкие огни. Индийско-турецкая (по моим впечатлениям) узбекская музыка. Совсем другой, незнакомый, непривычный гул колёс по асфальту.
Приехали. По-прежнему ночь. Темень. Отель закрыт, наглухо. Водитель такси, не стесняясь, побарабанил в дверь.  Спустя несколько минут нам таки открыли и даже заселили, несмотря на ранний заезд.
Перед тем, как пойти спать, решили пройтись по лоджии. Нашли выход на крышу — лестницу с пыльными перилами. На крыше — тёмный силуэт железного бака в окружении дров. Тихо. Светит луна и звёзды, видны очертания минаретов и куполов. Где-то вдали скворчат то ли птицы, то ли лягушки. Пахнет чем-то деревенским, как в старом сарае или пустом курятнике. Потом, при свете дня, стало понятно, что так пахли солома и глина.
Только мы вышли, где-то вдалеке раздался звучный призыв муэдзина. Было шесть часов утра. Оглядев тёмные крыши, я осознала, что скоро же будет рассвет! И что спать ещё рано.
Город был тих, но потихоньку начинал жить своей жизнью. То дверь хлопнет, то машина проедет, то разговор людей. Петух прокукарекал. Собаки полаяли. Птицы стали громче, налетели вороны.
Когда через час на горизонте показался краешек солнца, я даже не сразу поняла, что это оно. А затем неторопливо, степенно и неумолимо оно показалось целиком — круглый красный шар, покрасивший город в светлые тона. Запахло дымом и, сменив безветренную тёплую ночь, наступил холодный ветреный день.

Так началась моя неделя в Узбекистане. Я провела два дня в Хиве, пересеклась там с узбекским президентом. Не лично, конечно, — лично я пересеклась только с охраняющими его снайперами.
Встречала рассветы на крыше отеля. Мерила меховые шапки. Лазила по лестницам.

Съездила в ущелье Сармыш, где увидела петроглифы (рисунки на камнях) возрастом до семи тысяч лет, познакомилась с академиком, поступившим в аспирантуру то ли химфака, то ли физфака СПбГУ, почти не зная ни русского, ни английского. Впервые в жизни выпила водки и поела настоящего, сваренного в казане на огне, плова. Не поела индюка, которого нам предлагали самим выбрать из бегающих вокруг.

Встретила день рождения в Бухаре, купив себе там роскошного серебряного павлина, четыре шарфа и кило халвы. И большую дыню. В Бухаре пересеклась с Рамзаном Кадыровым. Послушала чудесные истории о том, как эмир Бухарский собирался жениться на Ольге, которая была то ли сестрой, то ли дочерью Николая II, и о том, как Матильда Кшесинская умерла в поезде из Бухары, уезжая всё от того же, вроде бы, эмира Бухарского. (И то, и другое, неправда, если что).

Наконец, побывала в Самарканде, величественном, впечатляющим, немного даже слишком грандиозном. Познакомилась за распитием узбекского вина с военным американским переводчиком. Отправила три открытки, ни одна из которых не дошла (хнык!). Посмотрела на прообраз петербургской мечети. Погуляла по базару. Красочно.

А у меня есть читатели из Узбекистана? Вдруг 🙂 Помашите мне ручкой в комментариях, расскажите, откуда.

Продолжение следует…

Follow:
Поделиться